УкраїнськаУКР
EnglishENG
PolskiPOL
русскийРУС

Мы делили апельсин

Мы делили апельсин

Такого еще не было. Бюджетный саммит ЕС начался в Брюсселе в 21.00 по киевскому времени – с задержкой примерно в два часа. Причина непунктуальности европейских политиков проста, признаются в кулуарах дворца Юстуса Липсиуса, выполняющего функцию бельгийской штаб-квартиры Евросоюза. Дело в том, что лидеры 27 стран-членов Европейского союза все никак не могут найти общий язык касательно единого варианта евробюджета, который должен быть утвержден на период с 2014 по 2020 годы.

Согласно кулуарной информации, собранной западными журналистами в Брюсселе, на бюджетном саммите ЕС, действительно, разгорается нешуточная борьба, ведь европейские чиновники проводили активные консультации друг с другом весь день 22 ноября. И это не считая многочисленных бюджетных встреч в сентябре, октябре и ноябре. По некоторым данным, нынешний саммит ЕС в столице Бельгии может затянуться аж до 24 ноября. Но если данный сценарий развития событий и осуществится, то это не означает, что европолитики вдруг придут к какому-либо компромиссу, так как слишком уж высокие ставки обсуждаются на саммите, а бюджетные разногласия на фоне финансового кризиса слишком велики. Что же в эти дни происходит в Брюсселе, рассказывает "Обозреватель".

Три лагеря

Ключевая тема саммита ЕС: какой размер евробюджета должен быть утвержден на грядущие семь лет? И это первый камень преткновения, о который споткнулись все 27 лидеров стран-членов Евросоюза, что в итоге привело к их разделению на три конкурирующие группы, так сказать, по интересам.

Лагерь первый. Союзники – 15 стран Южной и Восточной Европы во главе с Еврокомиссией. Поддерживают вариант бюджета ЕК в размере 1,08% от общего объема ВВП ЕС, что оценивается в 1091 трлн евро.

Лагерь второй. Союзники - Франция и Италия поддерживают Берлин. Немцы выступают за умеренное сокращение расходной части евробюджета до 1% ВВП ЕС, что в итоге дает 960 млрд евро. То есть минус в расходах 130 млрд евро.

Лагерь третий. Союзники – Нидерланды, Швеция, Финляндия и Чехия на стороне Великобритании. Лондон является лоббистом самого жесткого семилетнего будущего Евросоюза, так как хочет сохранить нынешние объемы бюджета в 976 млрд евро и без учета инфляции. Такая позиция англичан позволяет сэкономить расходную часть евроказны на внушительные примерно 200 млрд евро.

За что боролись?

Как отмечают иностранные аналитики, нешуточная борьба между европолитиками разгорелась потому, что никто из 27 стран-членов ЕС не хочет потерять еврофинансирование и при этом платить больше взносов в общий европейский "котел". А это, как уже становится понятно, не столько экономика, столько политика.

Итак, давайте разберемся, какие именно интересы в Брюсселе отстаивают все три бюджетные группировки ЕС.

Первая группа во главе с Еврокомиссией и в составе 15 стран Южной и Восточной Европы отстаивает раздутый в расходах вариант бюджета потому, что эти регионы получают больше всего финансирования из общего "еврокотла" в то время, как отчисления туда идут самые минимальные.

Вторая группа, где числятся Франция, Италия и Берлин, старается снизить свою часть взносов в евроказну, так как считают, что и так много тратят на нужды ЕС, тем самым ущемляя национальные интересы. Однако параллельно с этим, те же Франция и Италия ищут поддержки у Германии в вопросе сохранения интересующих их пунктов финансирования из евроказны (например, аграрии), согласно которым им удается экономить расходы из нацбюджетов.

Третья группа, где нашли общий язык Нидерланды, Швеция, Финляндия, Чехия и Великобритания, вообще не понимают, почему их граждане должны содержать весь Евросоюз. Упомянутые здесь экономики являются в регионе наиболее стабильными и поэтому возмущение местных политиков абсолютно обосновано. Кроме того, данная позиция этой группы объясняется также желанием подчинить формирование евробюджета тем же правилам, что и формирование национальных бюджетов. То есть, если на фоне кризиса национальные экономики урезают свои расходы на всем возможном, то, спрашивается, почему для европейской казны должно быть исключение? "Все должны быть равны", - убеждены сторонники лондонского лагеря. Именно поэтому ратуют за самое серьезное сокращение расходов.

И на что напоролись?

В принципе, теперь становятся понятны желания и стремления все трех конфликтующих бюджетных групп европолитиков. Остается неясным только одно: как именно главы государств-членов ЕС будут достигать свои цели. Ведь, как говорится, собственные амбиции никуда не уберешь. Давайте рассмотрим проблематику интересов на конкретных примерах крупнейших экономик Евросоюза.

Франция. Сегодня Париж ввязался в серьезную борьбу за сохранение в неизменном объеме финансирования одной из основных статей расходов евробюджета. Речь идет об аграрных дотациях, которые уже долгие годы выделяются ряду стран в рамках "Общей сельскохозяйственной политики". Надо сказать, цель этих субсидий заключается в финансовой поддержке наименее развитых регионов и отраслей. Проще говоря, эти средства помогают фермерам содержать их бизнес на плаву и даже получать определенный доход, так как та же модернизация домовых хозяйств может идти не за собственный счет, а за деньги ЕС.

В этом свете политические интересы Парижа более чем прозрачны, ведь они защищают своих фермеров, которые являются одними из основных получателей этих самых сельхоздотаций. "Если Франция настаивает на сохранении таких расходов в бюджете, то это связано с тем, что 30-40 процентов доходов большинства фермерских хозяйств зависят от этих прямых субвенций", - поясняет позицию французского президента Франсуа Олланда бюджетный эксперт ХДС в Европарламенте Раймер Беге. Некоторые аналитики расценивают это как намек на то, что если интересы Франции будут учтены, то, соответственно, могут быть урезаны другие статьи расходов. А это как-то нечестно по отношению к другим категориям дотационного населения. Не по-социалистически, что ли...

Великобритания. В весьма щекотливой ситуации сегодня оказался британский премьер-министр Девид Кэмерон. С одной стороны, ему необходимо жестко отстаивать политику Туманного Альбиона, направленную на урезание расходов как национального бюджета, так и на снижение взносов в евроказну. Таково требование лондонских политиков, защищающих нацинтересы. С другой стороны, Кэмерон свой неуступчивостью, в частности, угрозами наложить вето на принятие евробюджета, уже нажил себе немало врагов среди европейских политиков. Поговаривают даже о возможности реализации такого сценария развития событий, когда Туманный Альбион может выйти из состава ЕС.

Примут ли во внимание в Брюсселе интересы Лондона, сегодня, конечно, трудно прогнозировать. Но надо сказать, у Евросоюза имеются некоторые козыри, чтобы заставить Туманный Альбион быть несколько сговорчивее. Речь идет о так называемой "британской скидке" - средствах, которые возвращаются в британский бюджет, как возмещение за получение минимума субсидий/дотаций из евроказны. Мол, если, например, британские фермеры получают мало дотационных денег, то тогда Лондон имеет право меньше денег вносить в общий "котел". В свое время данную льготу для островного государства выбила Маргарет Тетчер. И за этот "чек", который также позволяет в условиях финкризиса снижать объемы взноса Лондона в евроказну, сегодня и борется Кэмерон. Воспользуется ли этой болевой кнопкой в итоге Брюссель и каким окажется политическое будущее нынешнего британского премьера (которое во многом зависит от успеха в отстаивании интересов государства в борьбе за выгодный вариант евробюджета) – традиционно покажет время.

Германия. И уж совсем не позавидуешь положению канцлера ФРГ Ангелы Меркель. Ее политические позиции сейчас очень сильно напоминают старый добрый мультфильм о коте Леопольде, который постоянно твердит: "Ребята, давайте жить дружно!". Дело в том, что задача Меркель – принять евробюджет и в идеале примирить все 27 стран-членов ЕС – кажется чем-то из разряда фантастики. А немецкой железной леди сейчас ой как нужен в регионе мир и лад. Ведь в декабре в Брюсселе планируется проведение традиционного саммита ЕС, на котором Меркель надеется вынести на обсуждение и одобрение проект нового этапа интеграции ЕС. Речь идет о создании Федеративной Европы суверенных государств.

Исходя из вышесказанного, трудно прогнозировать, как в эти дни в Брюсселе будет вести себя Ангела. Понятно, что в сложившейся ситуации "ссоры в избе, ведущие к ее развалу" совершенно излишни. Именно поэтому иностранные аналитики полагают, что Меркель, скорее всего, до поры до времени будет со всеми европолитиками максимально вежливой и лояльной, чтобы не подливать "масла в огонь" бюджетной конфронтации. В таком свете абсолютно логичным выглядит ее заявление: "В случае чего можно отложить обсуждение бюджета ЕС на начало 2013 года". Мудрый дипломатический ход.

Конец света? Не дождетесь

В целом, если говорить о том, какой же из вариантов бюджета ЕС наиболее жизнеспособен, то, по мнению аналитиков, скорее всего, европолитики остановятся на усредненных предложениях Ангелы Меркель. В принципе, по этому пути уже пошел председатель Европейского совета Герман Ван Ромпей, который недавно представил компромиссный проект бюджета, сократив его расходную часть на 75-80 млрд евро - до 940-970 млрд евро. "Я сделаю все возможное, чтобы достичь соглашения", - написал политик в Твиттере.

Что ж, Ромпею верить можно: чиновник давно уже зарекомендовал себя как мастер компромиссов. Однако если председателю Евросовета, все-таки, не удастся примирить три конкурирующие лагеря и бюджет ЕС не будет принят до конца года, то опасаться не стоит: Апокалипсис не настанет.

Согласно Лиссабонскому договору, крайних сроков для одобрения евробюджета нет. Правда, с приближением 2014 года у европолитиков будет оставаться все меньше возможностей для маневра, к примеру, в плане согласования финансирования новых программ. Если же в 2014-й Европа войдет без нового бюджетного соглашения, то в такой ситуации европолитикам не останется ничего другого, как жить по финансовым правилам 2013 года, с 2%-ной поправкой на инфляцию.